--------------->темный переулок.

Он пришел так же, как и вышел, через свое родное окошко, совершенно не заботясь о том, что в гостинной замка явно кто-то был, к тому же представитель его расы, а значит, мог рассчитывать на приветствие. Но он не хотел. Почему? Было сказано ранее, тем паче, Бри узнал характерный запах одного из вампиров находящихся там, бесшумно проскальзывая мимо окон и стены небольшого холла. Естественно, узнал эту статную фигуру; ее сложно было не узнать. Останавливаться не стал. Даже если и заметили? Что с того? Я гость и хочу в ванну. Немедленно.
Его комната была в совершенно таком же состоянии, в каком он ее и оставил. Запрыгнув на подоконник, и крепко держась пальцами за деревянную раму, в полуприсесте, едва не свалился вниз. Напротив высокого французского окна стояло массивное зеркало в серебряной оправе, с искусно выполненным филигранным узором. Красивое и изящное, вампир откопал его давным-давно на чердаке этого же самого замка и попросил внести в свою комнату, дабы любоваться на свою мордашку с утра до вечера. Да и в интерьер его комнаты оно вписывалось как нельзя лучше. Сейчас же, он глубоко пожалел, что поставил его напротив окна, в надежде, что лунный свет будет красиво играть на его резковатых чертах и чертах тех, кто будет в него смотреться именно с такого ракурса.
В зеркале отражалась темная фигура с мрачным лицом и горящими безумным огнем глазами, на фоне развевающихся темно-вишневых бархатных занавесей и легких полосок тюля, придающих этому зрелищу вид еще более готичный, чем есть на самом деле. Мало того, белая атласная рубашка на теле парня алела пятнами свежей крови, а на губах его все еще оставались недовытертые следы губной помады девушки и подтеки гемоглобина. Все это дополняла кошачья поза Брая и его, на сей раз, донельзя смущенный вид. Пожалуй, будь он человеком, посочинял бы про вампиров не менее красочные и не менее неправдоподобные сказки, если до этого момента его не хватил бы сердечный приступ.
Вампир мягко прыгнул внутрь комнаты, ступил на ковер своих покоев, снял безнадежно испорченную рубашку и накинул ее поверх зеркала, закрывая весь обзор; любоваться на себя времени не было, да и вид у него был не самый подходящий, взъерошил темные волосы и подошел к шкафу с одеждой. Немного порывшись, выудил оттуда вишневый халат, накинул на плечи, решив, что для ванны - это самый подходящий внешний вид. Немного погодя, стянул сапоги, узкие брюки, торопливо запахнулся и поежился. Может он и дефективный вампир, ведь обычно они не чувствительны к теплу и морозам, но холодно ему бывало. Оглянулся и заметил, наконец, золотистый шнурок звонка. Протянул руку и дернул за него, заставляя колокольчик забиться в исступленной трели; незамедлительно явилась молодая вампирка и, выслушав все его указания, нырнула в ванную комнату, приводя все в должный вид. Брай в это время достал томик Библии, пытаясь понять, что же люди в нем находят странного и почему считают, что вампирам от него становится плохо? Не понял, отложил книгу, прошелся подушечками пальцев по кожаному переплету. В этот момент вошла прислужница, парень резко отдернул руку, молча, выслушал ее, кивая, как болванчик. Ему не терпелось остаться в одиночестве.
-Спасибо, милая. Вино не забыла?
Девушка ответила, что нет, все готово и господин может приниматься за купание, Бри небрежно махнул рукой, что, дескать, иди-иди. Вампирку подгонять не надо было, отчего он заметно повеселел, пружинистым шагом направился в будуар.
У каждых отдельных покоев, точнее спален была практически всегда своя собственная ванная комната, а если ее не было, то нашего героя это мало волновало. Себе он выбрал все самое лучшее на том празднике раздачи бесплатных коврижек или проще - "заселении "Вендерхона"". И сейчас, с блаженным удовольствием скидывал с себя все вещи художественной кучкой возле мраморной посудины, размером с доисторическое джакузи. Жаль, о том, что такое "джакузи" и с чем его едят, люди XV века не знали, впрочем, Монтгомери тоже, но это и неважно. Он с упоением отмокал в воде. Немного полежал, прислушиваясь к звукам, наполнявшим замок, протянул руку к ледяной бутылке любимого вина, обнял ее, и задумался о вечном. О Каре.
Зубами выдернул деревянную пробку и сделал пару поспешных глотков из горлышка. Плевать на приличия, я тут один. Оценил вкус и отставил запыленную стеклотару на бортик ванны. Перевесился, поднял с каменного пола халат, достал из его кармана небольшую брошь в форме скорпиона. Пока прислужница готовила ванну, Брайан успел прихватить миниатюрного серебряного хищника, равнодушно смотрящего на мир глазами из лунного камня, и теперь, грустно разглядывал его, вертя в раскрытых ладонях.
-Кара. Сама как скорпион - выглядит настолько невинно и непринужденно, а колет болезненно и смертельно. Знает это. И без меня. Поэтому и скорпион, не так ли?
Ему никто не ответил, он и не ожидал этого. Откинул голову на спинку, немного съехал вниз, сжимая в руке, аж до боли бесполезную вещицу, но обжигаясь ей еще хуже, чем живой. Попытался не думать о Каре. Не получилось...
Через минут 15 он стоял уже перед зеркалом и просушивал полотенцем влажные волосы, обмотал полотенцем бедра и все еще в обнимку с бутылкой и брошью вышел из будуара. Злой и раздраженный, сам толком не понимая причину, почему. В комнате было все так же темно, а пьяный вампир = дизоорентированный вампир, что и послужило причиной громкого грохота, сотрясшего весь замок.
Это было мое любимое кресло...

Валяться на полу - дело удобное, с бутылкой в обнимку - к тому же приятное, а вот съехавшее с начального пункта назначения полотенце, радости особого не доставляло, впрочем, как и брошь Кары впиявлившаяся ему в задницу. Поправив темно-синюю тряпку, полотенцем именуемую, а точнее водрузив его на место, вампир прислонился спиной к поваленному креслу и немного приподнялся на руках, доставая украшение из-под себя и отшвыривая подальше. Вставать он и не думал, вместо этого едва не разрыдался неизвестно от чего и тихонько запел, фальшивя настолько, насколько вообще умел.
-Кокаиновый рааай, героиновый блеееск...
Горестно вздохнул, обнял холодное стекло, которое уже давно было теплым в его воображении, к тому же таким родным и любимым, что хотелось излить ему душу и подарить все лишние запчасти тела. Вздохнул еще раз и отбросил назад пару черных и мокрых прядей, загораживающих ему обзор. По спине потекла ледяная вода.
И кто сказал, что вампиры не пьянеют? Этот человек был глупцом. Представители нежити не только пьянели, но по утрам, от излишка выпитой крови еще и похмелялись, мучились от головной боли не хуже подзаборных пьянчуг и ругались покруче сапожников. Несовершенен мир во многом, но в этом он остался единодушным. Правда, есть одно "но", если люди напивались с помощью вот того самого вина, что так нежно прижимал к себе Брай, то вампиры, соответственно, с помощью крови. Дурным тоном считалось выпить человека полностью и в нетрезвом виде завалиться в свой замок, чаще, представители вампирской аристократии тихонько, с помощью дымка летали по королевским покоям и немного высасывали гемоглобинчика из мирно спящих носителей голубых кровей. А носители спали себе дальше, правда, императрицы порой рожали излишне красивых детишек с таинственным взглядом и бледноватой кожей. Полувампиры чистокровными вампирами не являлись, даже хирудиями, скорее людьми с необычными способностями, которые могли кардинально изменить ход истории благодаря своим множественным плюсам. Но штамповать полувампирчиков запрещал кодекс их отцов, но ведь не всегда и он соблюдался, верно? Но мы отошли от темы: Брай пьян, а возле двери тихонько кто-то прошелестел.
-Войдите. Мать вашу, нельзя ли попозже было?!
Монтгомери не встал, ожидая, что войдет служанка. Вошла Кара и, смутившись, поспешно отвернулась. И что, интересно не так? Вампир опустил голову и закусил губу, давясь смехом. Пока он размышлял о крови, вампирах, полувампирах, пьянстве et cetera et cetera, полотенце на его бедрах жило своей, никому доколе неизвестной жизнью. Парень неаккуратно встал, опрокинув бутыль с вином, заляпавшую ковер темными разводами в мгновение ока, пинком убрал ее с пути, еще раз споткнулся, но не упал, быстро накинул на себя и запахнул халат. Завязывая пояс деревянными пальцами, он недовольно буркнул.
-Что случилось?
-Извини за беспокойство. Просто я потеряла одну вещь. Брошь. Она очень дорога мне. Ты ее не видел?
Брайан повернулся к девушке и неторопливо пожевал нижнюю губу в раздумье. Наморщил лоб, пытаясь припомнить, куда он ее засунул, брошь, но экспресс-трезвление не пошло ему на пользу. Голова раскалывалась, а путной мысли в черепной коробке среди серой массы не наблюдалось, даже под микроскопом. Он вздохнул и пригладил волнистые пряди влажных волос, повернулся к зеркалу, тому, в котором испугался сам себя, стянул с него атласную рубашку, закинутую ранее.
-Кара, я давно уже как одет, незачем стоять как столб фонарный у двери. Хотя ты и неплохо вписываешься в интерьер, не могла бы ты закрыть дверь?
Вампир шутливо наклонил голову и улыбнулся чарующей полуулыбкой своему отражению, через поверхность зеркала, наблюдая за вампиркой. Бархатистые нотки в его голосе не были соблазнением, он и так на сегодня наделал массу глупостей, поэтому старался вовсе не дышать, не смотреть и не касаться девушки.
Повернулся к вампирше, немного вымученно улыбнулся и пересек комнату в несколько шагов, быстро, оказавшись у буфета, служившего ему мини-баром. Достал мартини и два плоских бокала, разлил и церемонно подошел к Каре.
-Угощайся. -он сделал маленький глоток, усмехнулся, отставил бокал, -Да, твоя брошь должна быть где-то здесь. Я ее держал в руках до того как... хм, в общем неважно. Но сейчас я право не имею понятия, где она.
Брайан глубоко заглянул в синие глаза вампирки, хотя обещал себе этого не делать. Поспешно отвел взгляд, избегая ее. Но он не врал. Черт его знает, куда эта безделица отлетела! Поежился и приблизился к лежащему на полу, креслу. Без усилий поднял его, затем полотенце, лежащее рядом, закинул его на спинку антиквариата. Винную лужу, он попросит потом убрать служанку, не хватало, чтобы он сам ее и вытер. Зараза ты Брай, хахах. Кара, ты брошку нашла? И не читай все мои мысли, а то много чего узнаешь интимного. Начну думать о тебе во всех... то есть о тебе в целом. Он широко улыбнулся, приоткрывая немного выдающиеся клыки.

Лирическое отступление от темы; бисексуальность, Брайан и вампиры:
А вы знали, что Брай - бисексуал? Нет? Ну, так позвольте, мы вас просветим.
Вампиры - существа неимоверно красивые, развратные и дико сексуальные. А представитель этой расы, к тому же мужчина, порой бывает настолько соблазнительным, что невольно вздрагиваешь от желания. Это странно? Для кого как. Забывая Кару, но, так и не сумев этого сделать, Бри часто якшался с мальчиками. И с мужчинами. Он родился бисексуалом, определенно мужчина, определенно женщина, к тому же тщеславная и эгоистичная. Что может быть хуже? Монтгомери волнуют только его ежеминутные желания, а на мнение других ему плевать. Конечно, в большинстве случаев именно плевать, но иногда бывает, что и он страдает от уязвленного самолюбия. Редко.
Without You I'm Nothing
Strange infatuation seems to grace the
evening tide.
I'll take it by your side.
Such imagination seems to help the feeling
slide.
I'll take it by your side.
Грубость в ее голосе была ему понятна, но навязчивое ощущение чего-то неопределенного не покидало его. Она была чертовски зла, он был чертовски пьян. Все сходится, даже не стоит искать потерянные кусочки мозаики пытаться сложить их в целое, чтобы все осознать. Брайан глупец, посягнул на святую невинность, невинность же, гордо мучает за это посягателя. Игнорирован, брошен. Н-и-к-о-м-у не нужен. К черту.
Вопреки всему, что он видел в глазах Кары, вопреки себе, идя наперекор принципам, или как выразился один человек "мочась против урагана" он пробовал наладить с ней контакт повторно, но, уже не совершая ошибок, которые допустил пару часов назад. Безуспешно. Теплая и трепетная в начале их встречи, она окаменела, словно нимфа преследуемая сатиром, и настолько презирающая его, что готова была дышать камнем, но не отдаваться ему. Это причиняло боль.
А ведь он любил ее. Нет, любит. До сих пор, хотя и бывает груб, невыносим, отвратителен. Признаваясь себе, он давно уже не винил себя в их расставании, в том, что больше ее не тянет к нему как прежде, хотя и сказал ей совершенно наоборот, те же пару часов назад. А может, он все еще ей интересен, она же - боится его, но вопреки всему, мысли он читать не умеет. Не винил он в том, что они охладели друг к другу и Кару, считая, что в жизни есть так называемое "предназначение" и что вампирка просто не его судьба. Потому что так уже предсказали свыше и это не изменить никогда, даже если он заколется осиновым колом у нее на глазах, даже это не заставит ее задуматься, почему? Все уже записано и расписано в бесконечном список фортуны, связав жизнь нашего героя с кем-нибудь другим, но не с Карой. Но почему при взгляде на ее фигурку, его доколе холодные глаза смягчаются, проникаясь нежностью. Ему хочется обнять ее, гладить по ее волосам, дышать ей, чувствовать, держать, хранить, оберегать, любить?..
Instant correlation sucks and breeds a pack
of lies.
I'll take it by your side.
Oversaturation curls the skin and tans the
hide.
I'll take it by your side.
Слишком много ее отвращения, слишком много ее злобы, в кажом мимолетном движении, настолько, что он уже боится прикасаться к ней даже ненароком. Он мог бы упасть на колени и стоя перед ней, рыдать, умаляя о прощении. Почему он этого не сделает? Гордость? Возможно ли, чтобы он, ради любимой не пожертвовал бы ей? Нет. Глупое осознание того, что Кара уже во власти другого? Тоже нет. Вера? Нет. Что же, что же, что же тогда!? Он знает, что его любовь была иллюзией, как бы он не хотел другого, жестокая правда всегда расставляет все по своим местам. Это так. И их мир, существовавший давно - ложь. Все в жизни - лицемерие и неправда. Ему кажется, что он пересытился Карой, что столько лет она была его ideafix, а он, не замечая этого, устал. От слепого обожания, красивых слов, изысканного вранья. Он поднес руку к глазам, она дрожала.
Tick - tock... Tick - tock... Tick - tock...
-Я повторяю еще раз, оставь свои грязные мысли при себе.
Он понял, что ему больше не двадцать, он на самом деле стар и жалок, что все годы его безграничного опыта внезапно придавили его к земле, вгибая в могилу. Он тяжело посмотрел на Кару, казалось, он действительно постарел. Морщинки вокруг больших голубых глаз и усталость на лице. Он протянул руку с бокалом мартини, намереваясь поставить его на столик, и промазал. Бокал с глухим стуком упал на ковер, разливая прозрачную жидкость темным пятном. Дежа вю. Что-то в нем сломалось. Руки дрожали.
-Мои мысли, Кара, пугают. Я не хочу, чтобы ты знала их. Не читай меня больше, никогда. Даже если тебе очень хочется, окажи мне услугу. -он крепко укусил себя за костяшки пальцев, призывая к здравомыслию, стараясь взять себя в руки. Жалок.
-Если ты найдешь ее отдай, пожалуйста, прислуге и она принесет ее мне. А сейчас мне пора.
-Катись к черту, отчетливо и спокойно проговорил он в спину девушке. Он не хотел ее обижать, унижать или что-нибудь еще сделать в таком же духе, просто он... Ты это сделал, Брайан. Теперь она тебя ненавидит.
Он едва не разрыдался, осознав, кто он, что он и насколько человечен. "Монстр, смерть выродкам!" под таким лозунгом проходят публичные казни предполагаемых вампиров, ведьм, демонов. Плаха, костер и забвение. Так же должны и казнить меня, но это должно быть зрелищно, я не уйду просто так. Он коснулся босой ногой стекла бокала и, наступив, раздавил его, ощущая боль и удовольствие. Щекотку от моментального заживления ран. Запах крови. Убирать не было ни желания, ни возможности. Вампир повернул голову в сторону большой двуспальной кровати под балдахином, медленно, переступая через осколки, лужи и свои же вещи, побрел к ней, упал в объятия мягкого шелка. Ничего больше не хотелось, Брайан автоматически перевернулся на спину, смотря в потолок потухшими и безжизненными глазами. Начался очередной период затяжных депрессий. Жаль, еще не изобрели накротики.
I'm unclean, a libertine
And every time you vent your spleen,
I seem to lose the power of speech,
You're slipping slowly from my reach.
You grow me like an evergreen,
You never see the lonely me at all...

Without you, I'm nothing at all.

Ничто.

Не хотелось думать, спать, чувствовать. Было лишь немного холодно и пусто. Он все так же лежал на кровати, безразлично смотрел в потолок, думал. Или нет? Он устал.
Каре достался депрессивный, неуравновешенный идиот-воздыхатель, который пытался ее изнасиловать и вел себя как последний кретин. Заставил ненавидеть, заставил испытывать многое. Зачем? Просто. Это существо еще и эгоист. Брайан, почему ты сейчас коришь себя? Ты делал так, как сделал бы в любом случае, потому что исправить твою порочную натуру невозможно. Собственник, низкий. Говорят, признавая свои ошибки, мы на самом деле не являемся таковыми, ступаем на истинный путь. Ведь изменить то, что уже знаешь - проще. Но я не такой, я же, не хочу меняться, не так ли? Тебе нравится, кто ты, что ты.
Зачем шевелиться, я не хочу думать об этом. Шаги за дверью? Нет. Показалось. Это не она, это НЕ МОЖЕТ быть она, ведь ты сделал так, что этим существом, сейчас подходящим к твоей двери может быть кто угодно. Но не Кара фон Ферсен. Кара... О, нет, выкинь эти мысли, не думай, не хочу.
Вампир поморщился, крепко зажмурил глаза, перевернулся на бок и любовно погладил белоснежные простыни. Он не любил кристальный белый, он всегда резал ему глаза, но именно для него и постелили эти шелка. Доставляя боль. Он знал, будь с ним та, о которой он думает, цвет не нервировал бы. Но ее нет, а виноват в этом только он.
Шаги за дверь сделались отчетливей, все-таки к нему в покои кто-то направлялся, хотя Бри до последнего надеялся, что его комнату минут. Но сегодня день разочарований для всех. День, который изменил многое, но не исправил ничего. Парень поджал к себе ноги, согнул в коленях. Тот, кто сюда войдет, наверняка удивится, свое состояние он не любил выносить на публику. Мучаться - в одиночестве, любить - везде. Девиз?
Шелест платья, девушка. Я слышу ее, она изумительно пахнет корицей. Кара? Нет, нет, это невозможно. Она не могла прийти сюда, только если не хотела порадоваться за себя, следя за мной в эти часы. Хотя... Я ее совсем не знаю, она так изменилась, непредсказуема как прежде, жестока, как прежде, неуловима, красива, но что-то... что-то такое мимолетное, но так важное для меня в ней умерло. Может то, что нас связывало? Почему тогда я все еще боюсь потерять ее? Старомоден.
Вампирка приблизилась. Брайан чувствовал ее, наделялся и боялся одновременно. Тишина, пауза, минуты раздумий, минуты молчаний. Может секунды. А может, их и не было. Тихий мелодичный голос, приятный, будоражащий кровь, серебристый, но не бархатный тембр Кары, заставляющий стонать от удовольствия. Рей. Он облегченно выдохнул, а она ждала. Знала, что он не спит, слышит ее, но не знала, что он чувствовал. От девушки он прятал мысли, лишь Кара могла читать его беспрепятственно, он всегда ей позволял. Но Рей не была для него всем, любимая сестренка. Или...
Нет.
- Мне ужно с тобой поговорить, я понимаю, что сейчас не лучшее время. Я могу прийти потом.
Он хотел сказать что-то, но не смог. Прерывисто выдохнул, пошевелил рукой, провел по глазам. Руки дрожали, теперь они всегда дрожат. Сжал в кулак. Вампирка развернулась, вполне возможно подумала, что он ее игнорирует, не хочет видеть сейчас, слышать. Она была чертовски права, если так думала, но ведь он просто не мог позволить ей уйти, ему нужно было поговорить с ней, не с бутылкой вина, а с понимающей все Рей. Излить душу? Нет, но отвлечься - да. Она не должна знать, каково ему сейчас, зачем? Он всегда был джентльменом, галантным, спокойным скептиком. Монтгомери сел на кровати, смотря в пол, затем поднял глаза на стоящую к нему спиной фигуру. Заправил прядь волос за ухо, истинно женским движением.
-Прости за то, что заставил ждать ответ. Я немного задумался, не сразу понял, что от меня хотят, -растянул губы в подобие улыбки, моментально одернул себя и приняв вид серьезный, встал с ложа, -Прошу, милая. Что-то случилось? Подожди меня пару минут.
Брайан скользнул в ванную, мимоходом сняв с вешалки очередной элегантный костюм, прикрыл за собой дверь и быстро стал переодеваться. Заставлять ждать он не любил, но немного времени прояснило мысли, пошло на пользу и окончательно привело его в норму. Хотя бы на время.
Перед Рей повторно он уже появился при полном параде. Белая рубашка, которыми так услужливо нашпиговали его шкаф, черный жилет и узкие брюки того же цвета. Одежду моделировал он себе сам, то, что носили сейчас, его не особо устраивало. Впрочем, он был экстравагантом даже среди вампиров, про людей он вообще ничего не говорил. Для них он был чем-то не нормальным. Вампир непринужденно облокотился на дверной косяк, внимательно и равнодушно взирая на гостью. Он был ей рад по-своему, она это знала, но бурные эмоции для него не являлись обязательной частью, часто он их игнорировал. Ну, это не говоря конечно, когда он бегал по замку в женском платье и орал во всю глотку Revolution, dope, guns, fucking in the streets! Бри слегка порозовел, воспоминание было идиотским и совершенно не к месту, неосознанно расплылся в улыбке, но вспомнив кое-что, посерьезнел.
-Как она?
Он знал, что собеседница поймет, о ком он.

Она была его лучиком солнца в жестоком мире, она всегда мог обнять ее, прижать к себе крепко-крепко, расстворяясь в ней, ощущая себя совершенно помолодевшим. Хотелось шутить в ее обществе, смеяться, не боясь заметить не понимание в ее больших глазах, не боясь ничего и никого. Светлый, солнечный лучик. Он ее любил, так, как любит брат сестру, хотя порой, они понимали, что этого недостаточно, но тогда лишь замолкали, каждый смотря в разные стороны и думая об одном. Не правильно. Столько всего было между ними, но никогда, ни Бри, не Рей, не старались сделать первые шаги осознанно. Даже не пытались, ведь приговор один - не правильно. Все в этом мире не правильно.
Рей умиляла. В коротком для принятых стандартов общества, платье, она прибиралась в его комнате. Собирала осколки, не догадываясь, сколько иронии в этом жесте. Она всегда склеивала его по кусочкам, собирала воедино, так же, как и это бесполезное стекло. Но его она не выкидывала, может быть, именно в этом и есть главное различие между человеком, стоящим перед ней и мусором, что она сжимала в своей руке.
Она знала все, но не знала ничего. А он и не стремился показывать, что сейчас ощущает. Позже - да, сейчас - ни в коем случае, Бри был не готов. Он хотел насладиться гостьей в полной мере, в очередной раз, проявляя чудеса безграничного эгоизма. Поднимал себе самочувствие за счет другого, а Рей, как обычно, снабдила его ворохом событий.
Ты ведь знаешь, что в Париже открывают Академию... -Брайан помолчал, затем неторопливо кивнул, соглашаясь. Тебя приглашают туда в качестве учителя.
Он церемонно закатил глаза и отлепился от дверного косяка, сделав пару шагов вперед, ближе к собеседнице.
-Естественно, нет мне большего счастья, как в моем любимом Париже, работать преподавателем. Я действительно похож на морально упавшее общество склеротических-вампиров маразматиков? А впрочем, что я тебе об этом говорю, ты сама все знаешь, Рей. Я - пас. Но, вампир повернулся к ней, проигнорировав ее очередную фразу, -Сестричка, что ты забыла в этом борделе? Зная твою горячую натуру, могу предположить, что среди деканов есть и симпатичный лектор, м?
Брайан попытался заглянуть в ее глаза, улыбаясь игривой улыбкой. Рей хотелось дать конфетку, погладить по хорошенькой головке и наказать не вылазить из песочницы; и тут же лишиться руки, а может, и других, жизненноважных органов. Такой, как говорится, палец в рот не клади - по локоть откусит. Но, тем не менее, сестра Кары была ангелом. Он миролюбиво разглядывал ее, а в глазах плескались отголоски боли, как только она выйдет из этого помещения, он умрет. Он это знал. Девушка приподняла голову, она задумалась, устремив глаза куда-то мимо него, думая о чем-то ему неподвластном, но ей так шло такое серьезное выражение лица, что он залюбовался ей. Такой похожей на Кару и, тем не менее - другой. Он даже не мог понять, как можно спутать их, ведь никто не тычет пальцем в яркое солнце с воплем "Луна!", так же, как и наоборот. Бри наклонил голову и присмотрелся к Рей, для него она была днем, солнцем, а Кара - глубокой ночью, соблазнительной луной. Собеседница встрепенулась и попросила прощения. Конечно, она его не слушала. Парень рассмеялся и привлек ее к себе, звонко чмокая в ароматную макушку.
-Ничего страшного, Рей, даже если я что-то говорил, это уже не важно.
Можешь не торопиться с ответом. Я тут еще пробуду около месяца. Думаю, ты решишь этот вопрос быстрее...
-Я решил его сейчас, больше решать не буду. Но, я скоро уеду, дня через три, не больше. Ты всё знаешь, поэтому ты не должна скучать по мне, последнее предложение он добавил тихим шепотом, виновато смотря на нее. А Рей, лишь обняла его, радостно, все понимая и переводя тему так, что теперь он просто не имел права не улыбаться ее радости.
- Когда мы с тобой в последний раз виделись?
-Ммм, Брай немного потянул, припоминая, неуверенно предложил, -Это было не в России случайно? Или тогда была не ты?
-Хм. Что сие значит "хорошо"? Дорогая, ты же знаешь, что хуже уже быть не может, из-за моей же глупости, трезвости и многих других факторов. Но я отвечу только в том случае, если ты имела ввиду сестру. Моя жизнь без ее участия всего лишь - моя жизнь.